Грядёт постлиберальное постчеловеческое общество

Российско-турецкие отношения, разложение останков бывшей «Украины» и национализм в Европе. Трансгуманизм, искусственный интеллект, мутанты, клоны и киборги уже наступают нам на пятки. Интервью в прямом эфире радиостанции «Спутник», 13 ноября 2017
Нынешний мир всё ближе к постобществу, к постчеловечеству, перемещаясь в пространство виртуальной реальности. А дальше люди будут в виде неких коконов висеть в качестве батарейки, потребляя питательную жидкость и выделяя энергию. Или как фильме «Суррогаты» - они будут лежать в специальных гробах и переживать свою жизнь, не рискуя повредить свою тушку.

Спутник: Наверное, самое главное и важное, о чём сегодня говорится – это переговоры лидеров России и Турции Владимира Путина и Реджепа Эрдогана. Они всё-таки встретились, несмотря на то, что были небольшие технические моменты с перелётом. И вот цитата, которая бросилась в глаза, и которую хочется попросить вас прокомментировать в первую очередь. Владимир Путин на встрече с Эрдоганом сказал, что «отношения России и Турции можно считать восстановленными практически в полном объёме». Вы как полагаете, в этом высказывании содержится небольшой аванс, всё-таки, или действительно можно говорить о том, что все сложности преодолены?

Валерий Коровин: Я думаю, отношения возвращены на ту точку, в которой они находились до момента начала российско-турецкого кризиса, связанного с сирийскими событиями, со сбитым самолётом и всем, что за этим последовало. И эту точку можно взять в качестве отправной для выстраивания теперь уже полноценных, всесторонних, действительно в полном смысле слова, стратегических отношений. Какими они могут быть между Россией и Турцией, учитывая то, что одновременно произошло резкое охлаждение в отношениях Турции и Европы. И особенно в отношениях Турции и США в связи с неудавшимся в июле 2016 года переворотом и попыткой смещения Эрдогана со стороны американских, как уже сейчас всем понятно, стратегических центров. Поэтому, учитывая некую смену ориентиров со стороны Турции, а так же набитые турецким руководством шишки, те ошибки, которые были допущены и некий плачевный итог взаимоотношений Турции и Запада, сегодня можно говорить о выборе в качестве приоритетного развитие отношений Турции с Россией. Но так же и с евразийскими партнёрами, уже по большому счёту забыв о Европе, о Западе и о том атлантистском курсе, который ещё недавно был для Турции единственным и безальтернативным.

Спутник: Валерий Михайлович, может быть, немного провокационный вопрос: как вы полагаете, почему и за счёт чего удалось найти нечто общее, на основании чего президент России говорит о восстановлении отношений c Турцией? Это были какие-то ответные меры, которые Россия предприняла, и благодаря которым Турция была вынуждена, что называется,  вернуться к тем позициям, которые были раньше? Или же действительно в Турции происходит переосознание того, что свои амбиции своими амбициями (в хорошем смысле слова), но при этом именно это партнёрство, именно этот контакт является для страны приоритетным? Я сейчас не стараюсь утверждать это стопроцентно, просто стараюсь понять, чего здесь было больше – Турцию заставили или в Турции это решение созрело?

Валерий Коровин: К сожалению, позиция России была, скорее, пассивной и выжидательной. То есть, до определённого момента мы реагировали довольно вяло на колкости и выпады со стороны Турции. Да, мы не обостряли отношения и не осуществляли эскалацию напряжённости, когда Турция осуществляла недружественные жесты, но мы и не осуществляли активной политики, за исключением момента, собственно, самого переворота, когда Россия, по сути, спасла Рэджепа Эрдогана от физического уничтожения. А дальше начались процессы, на самом деле, необратимые в связи с тем, что Турция поняла пагубность взаимодействия с Западом, поняла, что Америка Турции не друг, и даже не партнёр, а некий циничный ментор, который пытается использовать любую ситуацию исключительно в своих интересах, не считаясь с позицией союзников. И уж позиция Турции интересовала Соединённые Штаты Америки в последнюю очередь. А глядя на циничную, высокомерную Европу, которая практически открыто заявила, что в Европейском Союзе Турцию никто не ждёт – а именно это было главным ориентиром турецкой политики последних десятилетий – стало понятна некая безысходность атлантистского прозападного вектора и, в итоге, по сути, обстоятельства заставили Турцию сначала восстановить отношения с Россией, потом начать их развитие. И вот сегодня мы вышли к т.н. отправной точке позитивного роста наших взаимоотношений, что даёт колоссальный задел на будущее.

То есть, этот евразийский блок, который, по сути, складывается сегодня на наших глазах на основе оси Москва-Анкара – это колоссальные перспективы для Турции и, по сути, пересмотр вообще стратегических позиций в Евразийском регионе. Потому что Турция как союзник США и член НАТО – это колоссальная угроза для всех стран региона, находящихся вокруг Турции и рядом с ней, и в первую очередь для России, как плацдарм для атлантистской экспансии внутрь Евразийского континента. Турция же, даже нейтральная, не говоря уже о возможных союзнических отношениях – это абсолютное перераспределение основных силовых векторов. То есть, регион, в этом случае, становится более безопасным, там становится меньше влияние США, а значит, меньше хаоса, меньше крови, меньше войны. Но а Турция как союзник России и других евразийских государств – это, по сути, стабилизация, на основе которой можно говорить об устойчивой безопасности в регионе в случае, если действительно такие отношения сложатся.

Но, к сожалению, подчеркну, и я с этого начал, всё это происходит, скорее, не благодаря усилиям российской внешней политики и дипломатии, а скорее благодаря стечению некоторых обстоятельств, которые часто от нас не зависят.

Спутник: Хочется перейти к теме об Украине. В Нацбанке заявили, что Украине потребуется больше средств МВФ для проведения реформ. Лично для вас это не удивительно слышать, что Украине нужно ещё больше средств МВФ?

Валерий Коровин: Всем давно очевидно, что нынешняя украинская элита ориентирована исключительно на кражу, на разворовывание любых средств, которые попадают на территорию Украины. Поэтому для МВФ, с одной стороны, Украина – это «чёрная дыра», в которую можно вваливать любые средства, и они будут так же очень быстро и эффективно разворованы. С другой стороны - это повод закабалить Украину и загнать её в такие долги, что неоднократно уже осуществлялось со стороны МВФ в отношении множества государств мира, за которые можно будет потребовать потом расплачиваться суверенитетом, стратегическими позициями. И, по сути, именно МВФ в итоге заставляет государство капитулировать перед Западом, который присваивает себе то или иное государство на основании этих долгов, и уже по-хозяйски распоряжается ими, как колониями.

Сегодня Украина в принципе находится в таком состоянии, в котором уже невозможно отдать никакие долги, ибо ни это население, ни следующее поколение никогда не расплатятся ни с какими долгами, потому что там отсутствует государственность, как таковая, даже её остаточные признаки уже остыли практически и замёрзли.

Спутник: Почему всё-таки деньги, другие ресурсы продолжают иногда, скажем так, пусть не в полном объёме требований, но всё же выдаваться, тем не менее. И даже как-то вполне позитивно МВФ относится к этим сообщениям, к этим требованиям, к этим просьбам?

Валерий Коровин:  Это есть ничто иное, как банальная покупка нынешних украинских элит. Взятка, другим языком. Понимая, что эти деньги никуда не попадут, кроме личных счетов нынешней правящей клики, представители МВФ таким образом осуществляют некий финансовый подкуп, через который Запад осуществляют внешнее управление Украиной, ситуацией на Украине. Именно за счёт таких ангажированных представителей западного сообщества в лице Порошенко, Турчинова, Авакова и прочих представителей т.н. украинской элиты.

То есть, все всё понимают, народ никого не интересует, на экономике давно поставили крест, на это уж точно все давно плюнули и забыли. Единственно, что всё ещё происходит – это разворовывание остаточных советских активов, созданных товарищем Сталиным вместе с украинской государственностью. И, по сути, уже проведена подготовка плацдармов для эвакуации с Борисполя в ситуации очередного, - какого по счёту, уже сбились мы, - майдана. Это типичные временщики, а западные вливания - типичная покупка их лояльности и подконтрольности западным элитам.

Спутник: Из области финансовой в область техническую хочется переместиться. 13 ноября украинским дроном-беспилотником была пересечена украинско-российская граница в районе Брянска. Пересечена несогласованно, естественно, был обнаружен. Что здесь можно попытаться объяснить, найти этому объяснение. Высказываются разные точки зрения: самая очевидная и распространённая – это провокация, или действительно это шпионаж. На ваш взгляд, чего здесь больше, потому что отмечалось и то, и другое?

Валерий Коровин: Это шпионаж, причём не украинских, конечно, спецслужб, которым вообще всё равно, и кроме личной наживы их ничего не интересует, а американских спецслужб и тех кураторов из ЦРУ, которые сидят в здании СБУ и управляют всеми украинскими спецслужбами и американской резидентурой на пространстве бывшей Украины. Поэтому это выпад, скорее, со стороны США против России и здесь обвинять украинцев, конечно, можно, но, учитывая нынешнее слабоумие, растерянность и дезориентацию в пространстве, это, конечно, совершенно не продуктивное будет обвинение. Там его просто сейчас никто не воспримет.

Спутник: Как в такой ситуации следует вести себя России, вообще на будущее? С одной стороны пытаться поддерживать хоть какие-то нормальные, человеческие, уже даже не дружеские, не союзнические, к сожалению, но хотя бы человеческие отношения, а с другой… какую позицию здесь следует проводить?

Валерий Коровин: Сбивать. Там просто не с кем поддерживать отношения, потому что та сторона не договороспособна, с одной стороны. С другой стороны она не управляет ситуацией на Донбассе: на Украине мы наблюдаем полную потерю монополии государства на насилие, и силовые акции, действия осуществляет тот, кто контролирует добровольческие батальоны, какие-то другие силовые структуры, в основном в своих интересах, не обращая внимания на интересы украинской государственности. И уж тем более не вспоминая, кто такой народ Украины, граждане. Это просто некое дикое поле, банды, группировки, передел, то, что было в России в «святые 1990-е», как выражалась Наина Ельцина недавно, поэтому там просто не с кем разговаривать, плюс они не управляют силовыми группами. Нужно тогда с полевыми командирами договариваться, с каждым в отдельности садиться за стол переговоров где-нибудь в блиндаже, но что от них требовать? Они просто выживают, наживаются, грабят, убивают и живут в своё удовольствие, и самое главное, действуют не от лица государства, а от своего собственного.

Спутник: Вопросом различных батальонов, этих силовых организаций, о которых вы только что упомянули, их деятельностью и их пропагандой озадачились в Германии, где обнаружили достаточно приличное количество людей, которые раздавали листовки с предложением вступить в ряды Азова. И вот в немецком издании Шпигель эту рекламную кампанию пытаются как-то рассмотреть, проанализировать. Авторы статьи подсчитали, что если три года назад в состав батальона входило в районе 850 человек, то сейчас уже 2,5 тысячи. Что здесь, какие цели, для чего? Наши коллеги придумали такой громкий заголовок «Азов захотел завоевать Европу». Действительно какая-то западная экспансия радикалов происходит?

Валерий Коровин: На мой взгляд, «Азов» идёт по пути ДАИШ, который очень заразителен и соблазнителен. Потому что, учитывая масштабы разворачивания этой организации, запрещённой в России, конечно же, многие соблазняются  пойти по этим стопам - высокотехнологичная пропаганда, работа с европейской аудиторией, вербовка европейцев, живущих в нынешнем бессмысленном пространстве ЕС с потерей всяких ориентиров и вообще человеческой сущности, в которой пребывает нынешняя Европа и живущие в ней постлюди. И это очень благодатная почва для вербовки, ибо жители Европы сейчас ищут хоть каких-то смыслов. Поэтому, очевидно, Азов пародирует - это всё, что остаётся, этой группировке - деятельность вот этой организации исламистов и попытаться пополнить свои ряды за счёт европейцев. Ну, а европейцы сами виноваты…

Спутник: А цель здесь какая может быть, как вы полагаете? Просто наращивание каких-то сил для чего-то или всё-таки есть что-то, что маячит где-то пока ещё далеко, но, по мнению, руководителей хотя бы должно маячить?

Валерий Коровин: У националистов из «Азова» есть хоть какая-то идеология в отличие от европейских обывателей, которые живут в абсолютно бессмысленном, безыдейном, бесцельном пространстве человеческой биомассы. И очевидно, что вербовщики «Азова» пытаются свою идеологию «украинства» сделать привлекательной для европейцев, с одной стороны. С другой стороны, получить европейские кадры для своей деятельности на территории Украины.

Но в то же время, что не маловажно, создать некий плацдарм в Европе для возможного отступления туда в случае, если их миссия будет провалена на Донбассе и вообще на пространстве бывшей Украины. Тогда нужно будет куда-то эвакуироваться. К этому моменту они надеются подготовить некие развёрнутые украинские сети, пропагандирующие «украинство», опирающиеся на европейскую инфраструктуру - финансы, сторонников, какие-то фонды, может, Сорос что-то подкинет - и туда уже переместиться спокойно, «безвиз», по туристическим, бессрочным в понимании нынешних украинцев, визам. Чтобы уже там обосноваться до конца своих дней, как поступали их кумиры, Бандера тот же.

Спутник: В Европе националистические взгляды набирают всё большую популярность. Причём, где-то они выражаются в виде референдумов, где-то проводятся опросы, носящие рекомендательный характер, где-то на выборах в государственные органы управления это находит своё отражение. А вот в Польше в День независимости прошёл массовый, очень визуально красивый марш националистов, который напрямую вроде как никто так не называл, но все  прекрасно при этом понимали, о чём идёт речь. Как вы полагаете, это чисто польский момент? Потому что в этой стране действительно ощущение собственной польскости – это некий болезненный вопрос, на который всегда очень болезненно  реагируют и власти, и простые жители. Или же это некий европейский тренд, с которым нужно считаться и который нужно учитывать политикам во всех странах?

Валерий Коровин: Здесь очень важно разделять национализм в Европе, особенно в нынешней Европе, и национализм в России на постсоветском пространстве. В Европе и в России – это совершенно разные вещи.

Европа оказалась на грани потери всякой коллективной идентичности и растворения её в плавильном котле глобального европейского, либерального, постчеловеческого общества. По сути, европейцам отказали в какой-либо коллективной идентичности. То есть, народы Европы, которые творили историю, созидали  империи, национальные государства, на которые распадались европейские империи, создавали культуру европейскую, именно европейских народов, были в какой-то момент помещены в этот плавильный котёл Европейского Союза.

Спутник: Так они сами до этого доросли, получается?

Валерий Коровин: Они оказались в концептуальной ловушке собственных философских концептов. Но в итоге они подошли к грани, к пропасти исчезновения и расчеловечивания. Потому что изъятие идентичности, принадлежности к народу, делает из европейца безликого гражданина: гражданин № 15847585. И всё. Он  никто. Просто европеец, конкретный гражданин-европеец с европейским паспортом, шенгенской визой, но он больше не принадлежит ни к какому народу. И даже уже ни к какому национальному государству, потому что мы наблюдаем размытие национальных государств, стирание последних отличий.

Сегодня принадлежность хотя бы к политической нации, - то есть, быть французом, быть поляком, быть немцем – это уже большая роскошь для европейца. Он стал безлик, тем более покрытая ордами арабов, бесконечно движущихся с Ближнего Востока, - и турок, и африканцев, там и Северная Африка, и Центральная - Европа превратилась в некую человеческую биомассу. Кто француз? Никто.

Спутник: То есть, в этом польском движении вы видите больше плюсов.

Валерий Коровин: Это движение за сохранение польской идентичности. В этом заключается попытка сохраниться перед угрозой растворения в этом плавильном котле человеческой биомассы. Потому что поляком может сегодня стать араб, приехавший в Польшу по квоте и получивший польский паспорт. Он тоже поляк с такими же – даже большими, наверное – правами, чем коренные жители Польши, и это страшно пугает всех. Венгрию пугает, пугает многие страны Восточной Европы, которые всё ещё существуют, именно как национальные государства, как политические нации. Но от этого ушла уже практически Центральная Европа, Германия, Франция – они просто потерялись в этом человеческом котле.

Спутник: Получается, что здесь не только моменты национальной, этнической, государственной идентичности, здесь ещё и политические ещё мотивы есть.

Валерий Коровин: Все понятия свалили в одну кучу. Национальные – это как раз и есть политические. Политическая нация – это есть политическая форма устройства государства – государство-нация – etat-nation. Это и есть последняя соломинка, за которую цепляются европейцы, чтобы быть хоть кем-то – хотя бы быть поляками, оставаться часть пусть искусственной, политической, но всё же коллективной общности . И утрата этой остаточной идентичности сегодня со всей остротой как раз ощущается.

Другое дело, что это принимает крайние формы. В 1930-х годах национализм возник как ответная реакция на либерализм и марксистские движения, интернациональные, которые тоже пытались всё размешать. Только либералы ставят в центр торгующего индивида, а марксизм ставит класс труда, который должен доминировать глобально. А национализм ставит в основу политическую нацию. Вот это три политические теории модерна, родившиеся в XIX веке и расцветавшие в ХХ веке, сегодня до сих пор, в остаточном виде пытаются влиять на европейскую политику.

Поэтому, говоря о Польше, что остаётся: если не марксизм – советизм умер в Польше, не либерализм – либерализм отвратителен всем, он расчеловечивает людей, тогда что остаётся – фашизм! Вот три политические теории – выбирай. В трёх соснах – в трёх политических теориях сегодня европейское общество и блуждает. Вот выбирай: либо либерализм – бесполый – с гей-парадом, с обязательной сменой пола каждые полгода, либо марксизм, который они как раз преодолели и сносят сегодня последние памятники, напоминающие об этом периоде, либо фашизм. Всё. У них, собственно, весь выбор.

Отсюда такая нездоровая ситуация вокруг нагнетания националистических тенденций, но а что, с другой стороны, им остаётся? Ведь альтернативой этого, если отбросить марксизм окончательно – наивно думать, что сегодня в Европе где-то победят марксисты – то остаётся либерализм. А это постчеловек, это некий клон, мутант и киборг, который дышит нынешним, сменившим пол, особям третьего пола в затылок - о чём сегодня говорят в Англии, в Германии. Вот что идёт на смену.

Поэтому национализм для европейцев – это последний бастион, за который они хватаются, и естественно, он принимает самые крайние и самые вычурные формы. Ну, а с другой стороны, что? Там  либерализм им светит. Они вышли из традиционного общества, пришли в модерн, они продвинулись по этому пути максимально, вот они и получили свой концептуальный тупик.

Спутник: Лидеры Украины и Польши договорились о встрече. Состоится визит президента Польши Анджея Дуды в Харьков, где пройдут переговоры с руководителем Украины Петром Порошенко. Уже десть комментарии главы МИДа Польши. Витольд Ващиковский любит шокировать, подбросить журналистам горяченькие фразочки, и вот здесь он выступил с таким заявлением, что, во-первых, не уверен, остаётся ли стратегическое партнёрство с Польшей целью для Киева, а с другой стороны обвинил Украину в том, что никак не удаётся достичь прогресса в переговорах даже в самых простых делах. Что между Польшей и Украиной намечается, и намечается ли?

Валерий Коровин: С одной стороны, у этих двух государств один куратор или даже один хозяин – это Вашингтон, который заставляет их примириться, сесть за стол переговоров и общими усилиями действовать против России. С другой стороны – Украина и Польша совершенно по-разному представляют себе Европу. Когда Украина говорит, что она – «це Европа», то она видит это одним образом, совершенно не так, как поляки. Для поляков «це Европа» – это следование закону, это порядок, консолидированная позиция европейских государств по основным вопросам, это борьба с коррупцией, действительная, а не такая, как на Украине, в виде соревнования, кто больше украдёт.

Но так совершенно не мыслят украинские политики. Они как раз видят европейский выбор таким образом, что Европа должна дать Украине денег, открыть границы, пустить туда всех украинцев, дать им возможность на эти деньги купить всё, что они хотят. Но после этого остаться в Европе, жить там, гулять, пить горилку, есть сало, красть транши МВФ, которые должны приходить как можно чаще и в большем объёме. Вот что такое Европа для Украины.

Когда они садятся и начинают говорить об этом, они понимают, что они не просто на разных языках говорят, но и в разных системах координат, в разных галактиках находятся. И тут же получают окрик из Вашингтона «ну-ка быстро дружить против России. Что мы вам сказали, холопы, не поняли, что ли?» И они вынуждены делать вид, что они дружат. Но это совершенно бесперспективный союз. И, учитывая историю взаимоотношений, учитывая волынскую резню, учитывая геноцид поляков на территории Украины, оккупированной нацистами, где действовали бандеровские каратели, которые и сейчас там действуют, между прочим, учитывая всё это тягостное наследие, представить себе, что у них сложатся действительно полноценные, хотя бы дружественные, не говоря о стратегических, отношения - это нереально. Этого не будет никогда. Тем более в Варшаве понимают, что нынешний т.н. украинский режим – это не то, что не навсегда, тут они отсчитывают дни, зачёркивают крестиками на календаре, когда это всё закончится. И какой смысл в таком случае заключать какие-то долгосрочные договорённости, в ситуации присутствия временщиков на Банковской улице, досиживающих там последние дни.

Спутник: Согласитесь, это громкие слова, тем более сказанные в преддверии визита. Когда, казалось бы, можно было бы что-то и сгладить, или же это сигнал? Но если это сигнал, то кому? Украинцам или своим же, полякам?

Валерий Коровин: Поляки считают себя панами, хозяевами украинцев, видят их холопами, людьми второго сорта - так они и разговаривают с ними, через губу, на польском: «Ну-ка, бистро прильнули к нашему польскому сапогу». Украинцы, видя себя уже «це Европой», обижаются на это, говорят «мы должны на равных, вы кто такие»? Они отвечают: «Вспомни, что вы сделали с поляками в прошлом столетии», и начинается такой разговор, который ничем, кроме мордобоя, закончиться не может.

Спутник: Россия и Сербия в очень сложных взаимоотношениях сейчас находятся, потому что очень много было упущено за последние годы, но, тем не менее, несколько очень позитивных ощущений от сербских фанатов: более братской группы людей, организаций, просто общества людей, придумать сложно. Так вот, сербские лидеры сразу несколькими, что называется, порадовали заявлениями: во-первых, заверяют, что никаких санкций никогда против России Сербия вводить не будет, об этом сказал Марко Джурич – зам председателя правящей Сербской прогрессивной партии. Примерно с подобными же, достаточно позитивными высказываниями выступил и глава МИД Сербии Ивица Дачич, который так же продолжает продвигать идею плодотворного сотрудничества России и Сербии на всех уровнях, и, тем не менее, не видеть движения сербской верхушки, по крайней мере, устремлённый взгляд на Запад просто нельзя. Как вы полагаете, данные высказывания – это что? Желание замутить воду или всё-таки действительно шаги, которые предпринимают – да, запоздало, возможно, не в том объёме, но тем не менее предпринимает российская в отношении Сербии, - это плоды может давать?

Валерий Коровин: К сожалению, Сербия находилась многие годы в режиме либеральной глобалистской оккупации и внешнего управления и там, несмотря на присутствие братского, самого близкого нам народа – сербов, - православного народа, который выходит с нами из единых культурных корней, из греческой византийской культуры, тем не менее в течение двух с лишним десятилетий элита Сербии была абсолютно чужеродной, инсталлированной из Вашингтона, она находилась под контролем США и, буквально, ломала через колено свой собственный народ, свою собственную культуру, суверенитет, волю, загоняя Сербию в некий европейский, либеральный, американский концлагерь, заставляя гавкать на Россию, чему противилось всё в Сербии. И сегодня, глядя на ту неразбериху, которая царит в Вашингтоне, на раскол элит, на отсутствие единой позиции в отношении Европы, а, также, глядя на восстание центральных европейских государств, которое зреет там, - Великобритания с Брегзитом, Испания с Каталонией, Германия, которая всё больше ропщет, и Ангела Меркель, возмущающаяся прослушкой и прочиткой переписки, Франция, которая раздавлена арабским нашествием, - сербы улучшили момент для того, чтобы наконец-то заявить свою волю.

Спутник: Сербский народ или верхушка?

Валерий Коровин: Вот. Уже теперь верхушка под колоссальным воздействием снизу, со стороны своего народа и сербского большинства. Даже уже та верхушка, которая была полностью прошита либеральными глобалистскими ценностями, и то не может уж совсем противоречить своему народу и интересам государства, и, пока нерешительно, трусливо, но уже отбрехивается от Вашингтона, находящегося в состоянии внутреннего коллапса власти и элитных противоречий.

Спутник: Если попытаться оценить перспективу: давайте попробуем заглянуть в некое абстрактное будущее, не какой-то конкретный год, но тем не менее направление вот этих мыслей, политики, пусть даже не политики, ну хотя бы принципы, настроения и взгляды сербов: удастся ли повернуть – хотя бы чтобы тренд некий появился или сохранился, быть может, или всё же Сербия для России в общем плане, в близкой среднесрочной перспективе потеряна?

Валерий Коровин: Я думаю, что нынешние тенденции как раз говорят об обратном: о восстании Европы, о возрождении Европы народов, которая тяготится сегодня американским присутствием, тяготится натовским сапогом, который стоит на горле у Европы…

Спутник: Но, тем не менее, хотят же, в конце концов, и американского солдата натовского, и оборудования…

Валерий Коровин: А вот кто хочет? Это поставленные Вашингтоном элиты отдельных восточноевропейских государств: польские, литовские, латвийские и т.д. – те, которые очень обильно были обработаны американским, либеральным посевом. Вот они сегодня, именно элиты, отчуждённые, чужеродные по отношению к собственному населению и даже по отношению к интересам своих национальных государств, они хотят натовского сапога. Но остальная Европа – традиционная Европа, центральная Европа – она как раз тяготится этим. Даже Меркель – насколько покорная женщина, выполняющая любые приказы, звучащие от американских президентов – и то уже ропщет, не поддерживает квоты и говорит о том, что Германии пора вернуться к собственным национальным интересам. Эти тенденции назревают таким образом, что если элиты отдельных государств не прислушаются к голосу собственного населения, собственных жителей, то эти государства начнут просто распадаться по модели отделения Каталонии, двух регионов Италии. Начнёт распадаться Германия. Сейчас уже обострился этот внутригерманский кризис абсолютного различия между Восточной и Западной Германией. Восточная Германия, Саксония всё чаще обнаруживает свою некую инаковость по отношению к Западной Германии. И эти процессы будут происходить во всех европейских государствах. По сути, большинство жителей этих государств начнут отторгать эту американскую элиту. Сегодня антиамериканизм в Европе нарастает, и скоро он будет зашкаливать. И всякий, кто будет открывать рот за Вашингтон и за присутствие натовских войск в своём государстве, будет просто отторгаться собственным населением. Поэтому Сербия как раз в авангарде возвращения Европы к своим интересам, перехода её от формата Европы американской к Европе европейской, суверенной, самостоятельной, которая сама будет определять свою собственную судьбу.

Спутник: Посмотрим, как будет развиваться ситуация. Просто потому что и сама страна, действительно, и народ тоже натерпелся до невозможности, причём натерпелся её банальных социально-экономических передряг, уж простите мне это слово, просто очень много происходило в этой стране за последние пару десятков лет, в том числе, к сожалению, и по упущению, по недосмотру страны России, страны, которая являлась долгое время для Сербии ближайшей во многом, и хотелось бы, чтобы ситуация хоть в какой-то мере возвращалась. А в Москве Центр организации дорожного движения объявил такой интересный момент: в будущем обращения москвичей будут приниматься через Инстаграм и Телеграмм. Всё больше и больше официальных структур обращаются к социальным сетям, к месседжерам. Чего здесь больше, как вы полагаете, действительно, польза будет или всё-таки реальные обращения будут теряться в потоке хлама, в потоке флуда просто потому что в соцсетях иначе не бывает?

Валерий Коровин: Это будут целевые обращения. В конце концов, надо хоть какую-то пользу получить от такого тотального осетевления нашего общества, покрытия его социальными сетями и вообще в принципе сетями, как таковыми. Пока что, до нынешнего момента, ничего, кроме разложения, порока, разврата и распада сознания социальные сети и тотальное осетевление не несли и не несут. Может быть, хоть что-то полезное можно из этого выудить и заставить людей…

Спутник: Ну получится или не получится – как вы считаете? Вообще инициативу эту стоит поощрить, или… Ну реально, это выглядит, как желание просто подвизаться под это. Что дальше будет? Судебные дела рассматривать в режиме батлов и на ютуб выкладывать?

Валерий Коровин: Да. Я думаю, к этому всё идёт. К постобществу, к постчеловечеству, когда в пространстве виртуальной реальности сначала сидя в очках виртуальной реальности человек будет проживать свою жизнь, а потом уже как в фильме «Матрица», - это далёкая пророческая перспектива, показанная в голливудском блокбастере – люди будут в виде неких коконов висеть в качестве батарейки, потребляя питательную жидкость и выделяя энергию. Или как фильме «Суррогаты» - они будут лежать в специальных гробах и переживать свою жизнь, не рискуя повредить свою тушку. Это совершенно не смешно. К этому и движется нынешнее постлиберальное, постчеловеческое общество – трансгуманизм, искусственный интеллект, который уже наступает нам на пятки, киборги, которые всё чаще встречаются нам на улице. Ну, в России пока нет, но в США и в Европе человек с искусственными органами – сейчас уже пытаются пересадить голову, об этом речь идёт, мутанты, у которых переразвиты, гипертрофированно развиты функции, прыгуны с шестом, которые перепрыгивают через 5-этажную «хрущёвку»…

Спутник: Не очень красивые рисуете картинки, просто какие-то ужасы…

Валерий Коровин: Всё это, к сожалению, грядущая реальность и является составной частью нарастающей тенденции.

Спутник: Есть над чем подумать!

12 декабря 2017
comments powered by Disqus
     
Яндекс цитирования